НОВОСТИ  КНИГИ  ЭНЦИКЛОПЕДИЯ  ЮМОР  КАРТА САЙТА  ССЫЛКИ  О НАС






предыдущая главасодержаниеследующая глава

Эксперименты с бобрами

Вы когда-нибудь пробовали задержать дыхание хотя бы на одну минуту? Тогда вы можете понять, что значит не дышать 15 минут. А ведь бобры, так же как и люди, дышат легкими, не правда ли?

Длительное время считалось, что если тюлени могут долго находиться под водой, то это потому, что у них процентов на 20 больше крови, чем у людей; ныряя под воду, они как бы берут с собой "запасной резервуар". Но вскоре стало ясно, что одно лишь это обстоятельство не может с служить объяснением столь длительного пребывания этих животных под водой. Закрепив на теле тюленя измерительные приборы, ученые обнаружили нечто интересное: как только тюлень ныряет под воду, сердечная деятельность его резко снижается. Сердце бьется значительно реже, и животное экономит кислород. Доступ крови в нижнюю часть тела ослабевает, кровообращение ослабевает, и кислород, находившийся в тканях в момент ныряния, используется теперь лишь для системы внутреннего кровообращения, и в первую очередь для удовлетворения жизненно важных потребностей мозга.

Аслак сделал интересное наблюдение - когда он снимает с бобра шкуру, то заметна большая разница между животными, пойманными в ловушку под водой и на суше. У тех, кого поймали под водой, под кожей на брюшке нет крови, зато ее много в самом теле животного, в области легких и сердца. Находясь под водой, бобры, так же как и тюлени, могут отключать периферийные кровеносные сосуды.

Если мы пытаемся подольше задержать дыхание, то наступает такой момент, когда мы не можем дольше выдержать и обязательно должны вобрать в себя воздух. Когда скопление углекислого газа достигает определенной точки насыщения, то нервные клетки дыхательного центра продолговатого мозга подвергаются столь сильному воздействию, что тело независимо от нашей воли начинает совершать дыхательные движения.

Во время долгой и холодной зимы бобры находятся в своих жилищах подо льдом вплоть до полугодия. В этот период на снегу можно найти глубокие подтаявшие ямки в тех местах, где теплый воздух из бобровых хаток поднимается вверх по свободному пространству в плетеной стенке жилища, своего рода вентиляционному отверстию. Но такая вентиляция действует, однако, не всегда. Как-то осенью семейство бобров обложило свою хатку голубой глиной, а когда ударили морозы, глина застыла, как глазурь, сделав стенки совсем непроницаемыми. В довершение всего выпал снег, образовав на крыше новый толстый слой. Над этой хаткой мне лишь поздней весной удалось заметить подтаявшие ямки. Как же в этих условиях бобры получали необходимый кислород, особенно если учесть, что в одной камере набилось несколько животных, которым приходилось делить между собой и без того довольно скудные его запасы?

Мне очень хотелось в этом разобраться, но нужной аппаратуры для подобных опытов у меня не было. Мой друг Арвид, по специальности зоофизиолог, располагал такой дорогостоящей аппаратурой, и, когда я предложил ему заняться изучением обмена веществ у бобра, он живо откликнулся.

Установив на берегу ящик, мы проложили от него деревянный канал в водный бассейн, сделав все это по принципу бобрового жилища. Бобры довольно быстро свыклись с ящиком и стали появляться в нем по настроению. На своих приборах Арвид мог теперь прочитать данные, причем настолько поразительные, что его ученые-коллеги широко раскрыли глаза. Прежде всего решено было проверить, насколько чувствительны бобры к низкому содержанию кислорода (О2) в воздухе, которым они дышат, и соответственно повышенным количествам углекислого газа (СО2) ? Что касается кислорода, содержание которого в обычном воздухе составляет примерно 20 процентов, то бобры покидали свой домик лишь после того, как количество его падало до такой невероятно низкой цифры, как 4-5 процентов, что является почти пределом, за которым человек падает в обморок. Углекислого газа в атмосфере обычно содержится лишь 0,03 процента. В тесной камере у бобров, где одновременно дышат несколько животных, воздух, очевидно, будет постепенно накапливать все больше и больше углекислоты. Чтобы имитировать условия бобровой хатки, воздух в которой постепенно ухудшается, Арвид в течение 5 часов подавал в помещение, где находились животные, всевозрастающее количество СО2. В отдельных случаях бобры покидали помещение лишь после того, как содержание газа достигало 16,5 процента! Эта концентрация настолько высока, что была бы опасной для любого другого животного, да и сам бобр по сути дела уже должен был умереть. Но он пребывал в наилучшем здравии!

Когда содержание кислорода в воздухе снижается, то организм обычно стремится компенсировать потерю, так сказать, повышенной вентиляцией, то есть более глубоким и частым дыханием. У бобров же, видимо, таких изменений не происходит, они способны извлекать кислород при более низком парциальном давлении, чем другие животные. На протяжении миллионов лет эволюции бобр сумел приспособиться к экстремальным жизненным условиям своего подземного существования, научился обходиться минимальным количеством кислорода. И нет ничего удивительного в том, что авиационные медики проявляют к бобрам особый интерес. Сведения по физиологии этих животных могут пригодиться человеку во время дальних космических полетов, которые в будущем будут продолжаться месяцы и годы.

Зимой наблюдались случаи, когда бобры удаляли несколько палок в верхней части плотины, создавая небольшое отверстие, через которое протекала вода. Когда уровень воды в пруду снижается, между льдом и поверхностью ее образуется воздушное пространство, бобры получают большую свободу действий, могут проделывать себе выход во льду и, прокопав в снегу каналы, выходить на берег и валить деревья.

Когда бобры выбираются из хатки и возвращаются в нее обратно, тело их действует как поршень, приводя в движение воздух и создавая небольшую вентиляцию.

Хотя, в бобровой хатке отопления нет, жители прекрасно без него обходятся. Плотный мех животного отлично удерживает тепло его тела, а толстые стенки жилища и снеговой покров на крыше служат хорошей изоляцией от холода. Измерения температуры в жилище бобров показали, что даже при морозе минус 18-20° по Цельсию внутри помещения температура колебалась от минус 2 до плюс 3°. В один из зимних дней, когда снаружи было 10 градусов мороза, на дне подтаявшей ямки на крыше хатки вокруг влажных жердей температура составляла около нуля, значит, из самой хатки поднимался более теплый воздух.

Бобры на протяжении ряда столетий безжалостно преследовались и бесчеловечно истреблялись во многих местах нашей планеты. Причиной этого был не только их ценный мех. В Евразии, например, не менее алчной была погоня за бобровой железой, или кастореумом. Слово "кастореум" образовано от слова "кастури", индийского названия мускусного быка, а греки это название перенесли на бобров.

В складке кожи у основания хвоста помимо анального отверстия размещаются две анальные железы, а также парные мускусные железы (Исследованиями советских гистологов установлено, что так называемые бобровые, или мускусные, железы не являются железами и не выделяют секретов или инкретов. Они представляют собой парные кожные мешки, открывающиеся короткими протоками в мочеполовой синус, и носят название "препуциальных органов" или "препуциальных мешков"), мочевое и половое отверстие. Бобровая струя образуется в двух плоских, величиной с картофелину, мускусных железах. В свое время люди принимали их за семенники. Начиная со времен Гиппократа бобровую струю использовали как народное лечебное средство, универсальное и очень популярное. В издании сказок Эзопа 1501 года говорится: бобрам хорошо известно, что люди гоняются за мускусными железами, и как только они чувствуют погоню, то стараются поскорее сорвать с себя злосчастные железы, отдать их охотнику и тем самым спасти себе жизнь. В изданной на латинском языке в 1700-х годах работе "Кастрология" содержится свыше 200 рецептов применения кастореума.

Мускусные железы бобра резали раньше на полоски и засушивали. Полученный препарат использовали в виде порошка или всевозможных настоек. Грудные и легочные боли лечили вдыханием запаха мускусных желез. Если их использовали наподобие нюхательного табака, то это вызывало чихание и проясняло мозги. Применяли эти железы и для того, чтобы сбить температуру, стимулировать нервную систему, снять судороги при эпилепсии, их рекомендовали для лечения желудочных заболеваний и чумы, для уничтожения вшей и даже против икоты! Если кого мучила подагра, рекомендовалось сварить железы в воде и смазать те места, где была подагра. В одной из книг черной магии можно было прочитать: "Змея через бобровые железы переползти не может. Если одеть их на себя, можно не бояться змеиного укуса". Поэтому в прежние времена мускусные железы вешали на маленьких детей.

За такое чудодейственное средство платили бешеные деньги. В середине прошлого столетия в Швеции за 13 граммов бобровых желез платили два ригсдалера. В те же времена в Германии килограмм мускусных желез стоил 1533 марки, это была головокружительная по тем временам сумма.

Рассказывают, что одна старуха в Лапландии, стоило ей только заболеть, каждый раз нюхала бобровые железы, и дожила она до 100 лет! Люди постоянно слышали про такие вещи, и вряд ли стоит удивляться; что цены стремительно росли.

На Урале в начале нашего столетия за мускусные железы платили 68 рублей, а за мех бобра всего лишь 20. В Западной Сибири еще в 1928 году пару засушенных бобровых желез меняли на 10 оленьих шкур или на 20 шкурок песца.

У новорожденных бобров мускусные железы развиты слабо, и внутри они пустые; такая же картина наблюдается у месячных детенышей. Относительный вес желез возрастает чуть ли не с нуля процентов от веса тела при рождении животного до приблизительно 0,4 процента в течение первой осени, зимы и второго лета. На протяжении третьей весны, когда животное достигает двухлетнего возраста, железы быстро развиваются, и вес их составляет один процент от веса всего тела. У одной крупной самки мускусные железы имели размеры 11x8 сантиметров и весили 240 граммов.

Внутри бобровой железы находится довольно плотная темно-желтая масса, которая при высушивании на воздухе приобретает коричневый оттенок. У этой массы острый характерный запах, и она используется в парфюмерной промышленности.

В литературе о бобрах говорится, что они маркируют свою территорию при помощи мускусных желез, оставляя в определенных точках на местности пахучие знаки и обозначая тем самым свои права на эту территорию, точно так же как люди обносят свой участок забором. Меня заинтересовало это удивительное, столь дефицитное вещество, служившее когда-то всюду универсальным средством против болезней. Колоссальный спрос на него имел для бобров роковые последствия. Мне рассказывали, что еще в 20-е годы в аптеках Осло можно было приобрести бобровые железы, и вот однажды я решил зайти в аптеку и спросить, нет ли у них еще такого средства. Мой вопрос привел сотрудниц в замешательство, стоявшая за прилавком женщина скрылась в служебное помещение. После довольно длительного отсутствия она появилась в дверях и спросила: "Бобровые железы, сказали Вы?" Я утвердительно кивнул головой. Женщина снова исчезла и наконец возвратилась, неся в руках небольшой белый горшочек с толстым слоем пыли на крышке, и, как бы извиняясь, пояснила: "Понимаете, никто этого больше не спрашивает". В горшочке лежал твердый, как кость, высохший комок, прозрачный, как стекло, и совсем без запаха. Около бобровых желез он и близко не лежал. Из-за баснословно высоких цен было много мошенничества, всевозможных подделок из кожи, высушенной крови, мяса, алоэ, смолы и т. п. В немецкой книге того времени по фармакологии бобровые железы называются "дерьмом дьявола", видно, потому, что запах подделок из гнилого мяса был наверняка невыносим. Про сами бобровые железы нельзя сказать, чтобы исходящий от них запах был по-настоящему отталкивающим. Он напоминает карболовую кислоту. Я спросил однажды лесоруба, не может ли он сказать, как пахнет бобровая струя. "Почему же, могу, - ответил он, - я об этом и сам много раз думал. Это тот же запах, что ударяет тебе в нос, когда входишь в конюшню, которой давно уже не пользовались".

Бобр выпускает пахучий секрет; анальные железы у него напоминают два розовых соска. Палка на переднем плане влажная от только что выпущенного на нее секрета
Бобр выпускает пахучий секрет; анальные железы у него напоминают два розовых соска. Палка на переднем плане влажная от только что выпущенного на нее секрета

Бобровую струю применяли, между прочим, и затем, чтобы мазать пальцы детям, которые грызли ногти; вкус был настолько горьким, что быстро избавлял от дурной привычки.

Почему же бобровая струя оказывала столь благоприятное лечащее воздействие? Вопрос этот привлек внимание также и биохимиков. По их заключению, химический состав вещества очень сложный, в него входит свыше 40 соединений, в том числе различные фенолы, феноловые кислоты и ароматические карболовые кислоты. Так вот почему бобровая струя столь широко применялась в народной медицине. Названные соединения известны своими дезинфицирующими и антибактериальными свойствами. При наружном их употреблении они могут оказывать стимулирующее воздействие на кожную ткань и усиливать приток крови. Неудивительно поэтому, что приготовленные из бобровой струи настойки могли применяться как дезинфицирующее средство и как мазь против подагры. А как в случае внутреннего употребления? На протяжении сотен лет было известно, что отвар ивовой коры может снижать жар, и его усердно применяли знахари и всякие там бабки. Поскольку бобровая струя формируется из веществ, содержащихся в коре, то и она, возможно, оказывает подобное воздействие (Лечебное действие "бобрового мускуса", или "бобровой струи", прежде сильно преувеличивалось; сейчас она используется преимущественно в парфюмерной промышленности).

Когда бобр выпускает пахучий секрет, раздается нечто вроде очень слабого выхлопа, поскольку жидкий секрет выбрызгивается большим мышечным усилием.

В то время как содержимое мускусных желез представляет собой почти сухую массу, секрет анальных желез, напротив, является жидкостью, и вокруг этих желез я обнаружил сильную мышечную ткань, способную легко выдавливать эту жидкость из мешочка самой железы. Кроме того, я заметил, что, когда бобр покидал место, где он метил свою территорию, обе анальные железы были вывернуты наружу, как два маленьких светло-красных соска на вымени. Но разве при помощи этих желез он обозначает свою территорию? Разобрать, что происходит под брюшком зверя, было трудно, поскольку тот все время поворачивался в мою сторону спиной.

В террариуме бобры всегда имели постоянный маршрут через плотину, и я решил намазать одну из жердей бобровой струей, взятой с мертвого бобра. Реакция не заставила себя долго ждать. Бобра эта чужая визитка явно привела в возбуждение, он долго и тщательно принюхивался, а затем полил это место собственным секретом.

У основания плотины я поместил зеркало, поставив его чуть наискосок, и благодаря этому впервые сумел заглянуть под брюшко бобра, когда он опорожнял свои железы. Из обоих "сосков" била отличная струя. Пометив эту жердь на плотине, бобр обошел весь террариум, активно поливая свои постоянные точки. Через несколько дней я удалил смазанную мною жердь с плотины, а чтобы проверить, каков будет эффект действия секрета от того же мертвого бобра, я смазал им новую палку. И на этот раз бобр заволновался, покрыл палку своей собственной жидкостью. Затем, как и в первый раз, обработал свои постоянные точки. Но в чем же все-таки различие между бобровой струей и масляным секретом анальных желез, когда и что использует животное?

Мне было известно, что один советский ученый работает над изучением желез у животных, и через своего друга я постарался узнать у него, как обстоит дело с бобрами. Советский ученый ответил: "Бобр использует как железы бобровой струи, так и анальные железы, но при различных обстоятельствах. Для обозначения территории животные всю жизнь применяют анальные железы, но в определенные периоды, например в брачное время и при рождении детенышей, бобры большей частью используют бобровую струю. Утверждение о том, что анальные железы служат для смазывания меха, не соответствует действительности".

Когда бобр оставил свои пахучие метки, я опустился на четвереньки, чтобы собственным носом, давно уже притуплённым всеми запахами современной цивилизации, все же попытаться определить, каким из двух своих веществ бобр пометил территорию. В некоторых случаях мне казалось, что тут смесь из обеих желез, в других преобладал запах бобровой струи. Минувшей осенью, как раз перед тем, как выпал снег, я наткнулся на готовую бобровую хатку. Животное оставило на ней свою "дощечку с именем" - кисловато пахнущий секрет анальных желез.

По мнению одного биохимика, можно лишь удивляться тому, что бобровая струя содержит столько ароматических веществ. И все же это объясняется двумя причинами: бобровая диета на коре и те особые вещества, которая данная кора содержит. У других млекопитающих продукты обмена веществ выходят наружу с мочой, но у бобра они задерживаются в железах, не подвергаясь обычному переразложению. Советские ученые считают, что часть мочи задерживается, оседает и спрессовывается. Вещество, называемое бобровой струей, образуется в результате сложных физико-химических реакций. Быть может, мускусные железы являются не железами в обычном понимании, а своего рода "мочевым карманом", а их содержимое - скорее экскрет, чем секрет?

В прианальной полости, куда у животных того и другого пола впадают мочетоки, я нередко наблюдал у мертвых животных остатки бобровой струи. Быть может, когда бобр метит свою территорию, он одновременно выпускает немного мочи, которая вымывает содержимое мешочков, и таким путем бобровая струя попадает наружу.

При более детальном изучении анальных желез от различных особей я обнаружил, что секрет у самок был сероватым, у самцов - желтого оттенка, причем железы самца казались более крупными. С внутренней стороны жирового мешочка видны небольшие наросты в виде сосков. Это и есть железы, а сами мешочки служат резервуаром для вещества, которое они производят. Какие же химические субстанции может содержать этот секрет и чем он отличается от бобровой струи?

Один мой знакомый, научный сотрудник Трюльс из лаборатории изотопов в Осе, помог провести необходимый анализ и обнаружил, что названный секрет состоит из ряда жировых веществ, прежде всего остатков воска, эфиров и стероидов, а также жирных кислот и жирных спиртов. Кроме того, Трюльс пришел к выводу, что секрет самцов и самок отличается друг от друга, и это, судя по всему, показывает, что при мечении территории особям различного пола присуща своя специфика. Такое различие дает нам дополнительную возможность для определения половой принадлежности животных (Для мечения территории бобры используют мочу вместе с выделениями препуциальных органов - "бобровой струей". По данным известного советского касторолога Л. С. Лаврова, взрослый бобр весной в один прием выделяет 2-3 см3 жидкой струи, а за ночь, в период максимальной активности, - 15-20 см3. Это жидкость ярко-желтого цвета, быстро окисляется и темнеет на воздухе. Секрет анальных, или сальных, желез по консистенции напоминает топленое масло. Как уже отмечалось, этот секрет используется не для мечения территории, а для смазки мехового покрова).

Чтобы проверить умственные способности бобров, и провел два несложных испытания. Притащив однажды три осины, я положил их стволами друг на дружку, крест-накрест, направив кроны в разные стороны. Когда появился бобр, он попробовал унести с собой нижнее дерево, но вскоре оставил попытки, поскольку это оказалось ему не под силу. Чуть позднее он возвратился обратно и без труда потащил осину, которая лежала сверху.

Бобровый пруд был неширок, и бобр обычно доставлял в хатку ветки и палки вдоль берега. На этом пути я воткнул в ил два металлических стрежня на таком расстоянии друг от друга, чтобы между ними едва мог пролезть бобр, а от каждого из них натянул в сторону сетку, так что получились ворота. И вот появился бобр, на полном ходу приближаясь к этим воротам. В зубах он держал длинную палку. Бах! Палка стукнулась о стержни, животное отлетело назад, выпустив палку. Бобр с удивлением понюхал стержни, проделал на воде небольшой полукруг, схватил длинную палку зубами за конец, затем повернул голову набок и, прижав палку к телу, элегантно миновал ворота.

Шведский исследователь, много лет проводивший опыты с бобрами в террариуме, полагает, что именно акустические стимуляторы текущей воды, то есть звук, являются фактором, побуждающим бобров строить плотины; если же струя проходит сквозь отверстие ниже уровня воды, то бобры на этот звук не реагируют. Выводы шведского ученого явились немалой сенсацией, и нередко можно встретить ссылки на его эксперименты. Особый интерес вызвали опыты с бобром-двухлеткой, который жил в деревянном резервуаре со стоячей водой, но, как только через динамик начинали передавать журчание текущей воды, он приступал к строительству плотины в самом резервуаре. Точно так же как в моем террариуме, шведский исследователь натянул сетку поперек ручейка, протекавшего по бобровой территории. Там, где ручеек вступал на эту территорию, животные укрепили на сетке щепочки, и ученый полагает, что причиной послужили акустические сигналы, которые в этом месте были особенно сильны.

Что касается меня, то я сомневаюсь, чтобы поводом к строительству плотины для бобров служил лишь звук текущей воды. Мои бобры обитали в террариуме целый год, не предпринимая ни малейшей попытки заделать ограду в месте впадения ручья, хотя именно здесь журчание воды было наиболее громким. А там, где ручеек покидал террариум, он постепенно нанес много листьев и прочего мусора, часть его оседала на сетке и забивала ее. Вода тут немного задерживалась, и это явно нравилось бобрам.

Они не заставили себя долго ждать, стали регулярно приносить щепочки и ил, чтобы сделать образовавшуюся запруду еще более крепкой и высокой. Через некоторое время с внутренней стороны ограды возникла солидная плотина высотой чуть более 70 сантиметров. Около плотины бобры углубили дно, вытаскивая ил и перенося его в сторону, и глубина ручья в этом месте превысила метр. Общий объем пруда постепенно увеличился, и, когда наступил весенний паводок, вода залила плотину и потекла за ограду. Под мощным ее напором сетка натянулась и так дрожала, что я опасался, как бы она не лопнула. Прорезав у основания ограды отверстие, я вставил в него асбестоцементную трубу диаметром 10 сантиметров. Давление было столь велико, что вверх забила мощная струя. Правда, через некоторое время уровень воды понизился до нормального и остался в этих пределах. Но на следующее утро я обнаружил, что уровень снова катастрофически поднялся - за ночь бобры заделали трубу березовым хворостом и мелким мусором. Работа была выполнена столь тщательно, что из трубы сочилась лишь малозаметная струйка воды. Когда я с трудом расковырял эту новую пробку, она вылетела, словно снаряд.

На следующее утро все повторилось сначала - вода стояла высоко, бобры опять заделали отверстие. Довольно странно. Разве не утверждал шведский ученый, что под водой бобры отверстий не заделывают? Когда животное ныряет, ушные раковины складываются и соответственно теряется слух. Быть может, в этом случае животные определяют место течи при помощи других органов чувств?

Чтобы ответить на этот вопрос, я провел несколько опытов. Оставив в покое бобровую пробку в асбоцементной трубе, я разрезал обычную водопроводную трубу на четыре части и засунул их в основание плотины на расстоянии полметра друг от друга. Из воды забили четыре фонтана, но на следующее утро все четыре трубы были заделаны. Стоило же мне поместить эти трубы на поверхности воды либо на глубине 15-20 сантиметров, как животные на них совсем не реагировали. Почему же так? Ответить на этот вопрос я не могу. Быть может, на глубине 70 сантиметров давление воды настолько увеличивается, что животные без труда могут почувствовать обратную тягу?

Несколько лет назад я провел эксперименты с выдрами. Во всех случаях эти животные без труда определяли местонахождение рыбы с помощью усиков, воспринимавших колебания воды, которые возникали при движении рыбы. Я выпускал в пруд рыбу, и выдры ловили ее в считанные секунды, причем всегда одинаково быстро, независимо от того, была вода прозрачной или же мутной после дождя.

Когда вы спускали воду из ванны, то, очевидно, не раз ощущали пальцами, как сильно тянет около пробки. Представьте себе, как чувствительно ваши пальцы воспринимали бы движение воды, будь они снабжены бобровыми усиками! Я полагаю, что именно благодаря усикам животные определяли местонахождение отверстий труб на дне водоема.

Разрабатывая рекомендации против ущерба, который причиняют бобры, финский научный центр опробовал ряд новых методов. Например, частично разбирается плотина, пока вода опустится до желаемого уровня, затем поверх плотины помещают 5-метровые пластиковые трубы, опустив длинный их конец в водоем, после чего плотину снова достраивают. Как показывает опыт, бобры "не догадываются" заделать отверстия труб, а начинают надстраивать плотину все выше и выше, что, однако, не приводит к повышению уровня воды и нежелательным разливам.

Толстый мех бобра, обеспечивая животному хорошую теплоизоляцию в холод, может, напротив, создавать трудности в условиях большой жары. Бобр не умеет пыхтеть, как собака, высунув язык, и, для того чтобы избавиться от лишнего тепла, он использует свой хвост. Птицы в подобных ситуациях стремятся опустить в воду лапки. Так, цапля, стоя в воде, может потерять 50 процентов всего тепла, которое выделяется. Тюлень, обладая, как и бобр, теплоизолирующим мехом, регулирует температуру тела с помощью ластов.

В ходе одного эксперимента бобра поместили в помещение, где температура была 16° по Цельсию. В ректуме (анальном отверстии) животного термометр показал 37°, это нормально, а температура хвоста несколько превышала ту, что была в помещении. Затем помещение нагрели до 25°; для бобра с его толстым мехом это уже очень много. Температура в ректуме при этом поднялась на два градуса - до 39°, что у людей означает жар, а температура на кончике хвоста возросла с 16° до 37° по Цельсию! Но стоило животному опустить хвост в сосуд, где температура воды составляла 6°, как хвост охлаждался до 8-12° по Цельсию, а температура тела снижалась до нормальных 37°. Следовательно, с помощью хвоста бобр может регулировать температуру тела.

Кончик хвоста у бобра оголен. Некоторые неверно думают, что хвост его покрыт чешуей. Нет, он покрыт ороговевшей кожей с чешуйчатым рисунком. Но это вовсе не отдельные чешуйки, как у рыб.

В средние века бобровый хвост, большей частью состоявший из жировой ткани, считался лакомым кусочком и обычно попадал на стол к дворянам. Рассказывают, что в пустынных районах Канады, где зимой особо ощущается недостаток жиров, охотник, имеющий бобровые хвосты, может выгодно меняться с индейцами. "Sit benedicta fibiri caro" (да будет благословенно мясо бобра) - воскликнул толстый монах, впиваясь зубами в сочный бобровый бифштекс. Длительное время люди думали, что бобр всегда должен держать свой чешуеподобный хвост в воде, даже во время сна, и поскольку хвост этот напоминал рыбью чешую, то и сам бобр тоже, наверное, рыба. И благочестивые служители церкви во время католических постов могли с чистой совестью употреблять в пищу бобровое мясо.

Когда отцы церкви собрались в начале XVI века на свой собор в Констанце, то в меню их трапезы входило и такое мясо.

Паразиты внутренних органов, о которых рассказывалось выше, в мясо не попадают. Так, например, у бобров не бывает трихинелл.

У Аслака есть превосходный охотничий нож, и ножны для него сделаны из бобрового хвоста. Бобровый мех может идти на разные поделки.

предыдущая главасодержаниеследующая глава

https://bystroservice.ru/washing-machines.html









© Злыгостев А.С., 2001-2019
При использовании материалов сайта активная ссылка обязательна:
http://animalkingdom.su/ 'Мир животных'

Рейтинг@Mail.ru