НОВОСТИ  КНИГИ  ЭНЦИКЛОПЕДИЯ  ЮМОР  КАРТА САЙТА  ССЫЛКИ  О НАС






предыдущая главасодержаниеследующая глава

Зубастая колыбель

В большой реке Нил живут маленькие рыбки хаплохромис и тилапия*. Когда приходит пора размножения, их самцы начинают строить гнезда.

* (Tilapia mossambica, размером она с карася. Обитающая тут же Т. nilotica крупнее - до 50 сантиметров в длину. A Haplochromis multicolor совсем малютка - около 7 сантиметров, не больше.)

Рыбка выбирает укромный уголок на дне реки, за камнем или между корнями растений. Ложится здесь плашмя, бьет хвостом по воде и кружится на одном месте, кружится, и в песке образуется ямка.

Тогда самец уплывает за "кирпичами": приносит во рту камешки и укладывает их рядком вокруг ямки. Строит по ее краям крепостной вал из камня.

Теперь плывет за самкой. Как найдет ее - "танцует". Это особый такой пригласительный сигнал.

Самец боком-боком медленно плывет перед самкой, склонив корпус головой вниз под углом в 30-60 градусов к горизонтали. Если она останавливается, он поджидает ее, А потом опять в той же странной позе (боком к ней и головой вниз) плывет к своей ямке и ведет за собой подругу.

А хаплохромис несколько иначе, чем тилапия, приглашает невесту. Он тоже замирает перед ней в экстравагантной позе. Задняя половина его тела параллельна речному дну, а переднюю он так изгибает, что торчит она вверх от его хвоста под углом градусов в тридцать-сорок.

Так объясняется он в любви.

Она покорена красноречивым признанием и плывет за ним к гнезду. Здесь в ямке рыбки еще немного играют: самка плавает кругами, а самец за ней, упираясь головой в ее хвост.

Затем она откладывает на дно ямки 100 маленьких икринок, а если самка большая, то и 400. Вот отложила последнюю и вдруг... Что же она делает? Проглотила одну икринку, потом другую, третью... Все и съела?

Нет, не съела: икринки у нее во рту остались. Кенгуру в особой сумке своих детенышей вынашивает. А у хаплохромиса и тилапии колыбель во рту.

Набив икринками полный рот, рыбка прячется в зарослях. Стоит здесь неподвижно. Недели две ничего не ест, только дышит тяжело, да икру во рту время от времени переворачивает, чтобы лучше развивалась.

Сначала, приоткрыв рот, дышит часто около минуты, потом с полминуты будто жует - движет вверх-вниз нижней челюстью. Рот открыт теперь шире, и видно, как в нем перекатываются икринки. Потом опять дышит минуту и снова полминуты перекатывает икринки во рту, опять дышит и переворачивает икру... И так днем и ночью много суток подряд.

От голода у рыбки живот подтянуло, костлявые бока впали, а голова раздулась. Икринки ведь развиваются, во рту им уже тесно.

Ну вот - наконец-то! - на десятый день (у хаплохромиса) или на двенадцатый-четырнадцатый (у тилапии) появляются на свет мальки, каждый не больше блохи. Первые дни малютки живут во рту у матери. Потом нерешительно покидают необычный дом.

Незадолго перед тем, как они из него выберутся, рыбка-мать оставляет убежище и беспокойно плавает вверх-вниз. Когда проплывает у дна, царапает и скребет о песок распухшей головой, словно мальки ее раздражают. Но если один из них выскочит изо рта и убежит, она бросается в погоню и снова "глотает".

Но вскоре не поспевает их "глотать": мальки, как горох из дырявого мешка, выскакивают быстрее, чем она успевает их туда упрятывать. И вот уже все они на воле, суетятся около нее плотной стайкой, и рыбка успокаивается, перестает без нужды загонять их в свой рот.

Когда все вокруг спокойно, мальки плывут за маткой, словно утята за уткой. По дороге кормятся, ловят мелких рачков. Но в минуту опасности стремглав бросаются к мамаше и прячутся у нее во рту. Сигнал тревоги: "Скорее в пасть!" - она им сама подает. Этот сигнал - особая "диагональная" поза самки. Опускает она вниз голову, а хвост - приподнимает. Тело рыбки принимает косое положение: под углом в 10-20 градусов к горизонтали.

Как только мальки заметят этот сигнал, сейчас же бросаются к своей мамке, сбиваются плотной гроздью у ее головы, словно рой пчел на ветке. Если же она сейчас начнет пятиться назад, мальки, теснясь и толкаясь, полезут в мамин рот (вот уж действительно маменькины сынки!). Она и сама торопливо "глотает" тех, кто не успел проскочить сам. "Проглотив" последнего беженца, рыбка уплывает подальше от опасного места.

Там, но не сразу, а так через час или полчаса опять раскрывает рот, и детишки выбираются на свободу, чтобы порезвиться в реке.

Если же вставшая в диагональную позу самка примет опять нормальное положение (не будет пятиться), значит тревога оказалась ложной, и живая гроздь, висящая у ее рта, рассыпается. Мальки снова стайкой плывут за ней.

Но когда враг приближается слишком быстро и мальки не успевают спрятаться в зубастом убежище, самка, долго не раздумывая, бросается на незваного гостя, вертится вокруг него, наскакивает с разных сторон, бодает и кусает его. Пытается напугать и разными угрожающими позами и сменой красок на своей коже. Тилапия, например, как и рассердившийся хамелеон, чернеет: стращает так хищника.

А мальки тем временем не зевают, падают на дно и гам затаиваются. Если самоотверженная рыбка уцелеет после весьма рискованных наскоков на "слона", то, попугав его несколько минут, внезапно убегает. Поспешно набивает мальками рот и уплывает подальше.

Первое время любой шум в помещении, где стоит аквариум, хлопанье дверью, появление в комнате человека вызывают у бдительной рыбки тревогу, и она сигналом "Скорее в пасть!" созывает мальков. Но постепенно привыкает к тому, что эти шумы ничем не грозят, и поднимает теперь тревогу лишь при реальной опасности: когда, например, пускают к ним в садок крупную рыбу или имитирующую ее модель.

Четыре или пять дней молодые хаплохромисы и тилапии пользуются мамашиным гостеприимством. Они даже ночуют в безопасном убежище за частоколом ее зубов. А когда подрастут и окрепнут, покидают его навсегда.

предыдущая главасодержаниеследующая глава









© Злыгостев А.С., 2001-2019
При использовании материалов сайта активная ссылка обязательна:
http://animalkingdom.su/ 'Мир животных'

Рейтинг@Mail.ru